Кто же знал, какую беду принесли они с собой?

А раскрасневшийся от вина Итоллари смеялся.

— Бежали как зайцы! — выкрикнул он. И повторил. — Как зайцы бежали от Зверика!

— Значит, они не приняли боя? — спросил Агиллари. — Никто не пытался биться?

— Попытался один. Красноглазый, их главный, наверно. Только магия-то его — фьють! А Зверик его за голову хвать — и оторвал. Видно, без магии нелюди не бойцы!

Агиллари слегка поморщился. И представил, как всё было бы, останься при поплатившемся головой красноглазом его магия. Его пёстрое воинство, две сотни кое-как вооружённых, едва обученных людей… они, они бежали бы, как зайцы. И не перед пятью десятками Серой стражи, хотя и тех довольно было бы для разгрома, а перед одним-единственным тастаром.

Но всё обернулось иначе — из-за ожившего кошмара, который шёл впереди людей.

Зверик. Чудовище. Последний из рода каэзга. Ужас древних, вскормленный им, Агиллари.

"Пусть нелюди воюют с нелюдями!"

Спасибо, дед. Ты дал хороший совет. А я — воспитал хорошее оружие. Теперь я верну свой трон. Верну своё наследство.

И красноглазые заплатят за всё.

Я, принц Равнин, клянусь!

Глава первая

Тастар глядит за горизонт. Когти царапают чёрный камень бойницы. В холодном уме сияют столбцы послания.

"…зверовиден обликом. В битве — страшен, на пиру — жаден, в Совете — молчалив. Но хуже иного, что слово Агиллари для этого Могучего подобно слову отца для сына. Потому пали стены Дана, и войска Излучин бежали от стягов Агиллари, и люди Урма открыли ворота…"